Saturday, January 26, 2013

Воспоминания о первой градской

    Помню как-то лежал в первой градской больнице с вырезанным аппендиксом. В палате находились такие же, как я абдоминальные потерпевшие и еще те, у кого были проблемы различного рода с сосудами. Было нас там десять человек. Был дед, который слушал радио "Маяк" в наушниках – положит себе транзистор на живот и может так целый день лежать и слушать, время от времени крякая и давая свой комментарий на злобу дня. Был рязанский представитель титульной нации, алкаш и быдляра, который после полостной операции на брюхе глушил спирт в сортире, тарясь от врачей. Был парнишка, 18-летний нижегородский татарин, который на второй день после операции свалил в самоволку в "Точку". Был смазливый черт, девки так к нему и липли. Он и после этого появлялся только к обходу, а потом пропадал на целые сутки. Был таджик-дворник, поступивший с перитонитом, т.к. наглотался но-шпы и не чувствовал особой боли пока не приперло. Еще было два персонажа - один хохол, другой крымский татарин, оба сосудочника, которые лежа в противоположных углах палаты, громко спорили по любому пустяку :) Оба родились и выросли в Москве, и выяснилось, что у них куча общих знакомых. Это не мешало им переругиваться и крыть друг друга матом – ну не злобно так, полушутя. Часто в своих спорах они искали моей поддержки или давали друг другу характеристики :) Татарин, что-то вроде "Вот хохол, салом мозги заплыли, смотри какую чушь несет". А хохол один раз такое выдал, что я чуть не поперхнулся :). Вот ты, говорит, мусульманин, этот вот, который там в углу лежит тоже - вам обоим в детстве обрезание сделали, только вот какая штука, люди от обрезания меняются, им оно на мозг давит, кто-то умным становится, вот как ты, а кто-то в этакую обезьяну превращается :). Когда татарин выписывался, они с ним обнимались и договаривались о будущих встречах.
    В левом крыле, сразу после реанимации, находилось женское отделение, в котором я и еще несколько пОциентов частенько зависали. Мы, как и потерпевшие дамы с женской стороны, группировались вокруг толстушки-хохотушки Светы. Тетке было лет 50, это была кладезь анекдотов и забавных историй на все случаи жизни. В общем, было весело. Через некоторое время нас стали выпускать на прогулки во время которых мы выбирались за пределы больницы и ходили гулять в Нескучный сад. Среди девочек была одна симпатичная и борзая, которая сначала все пыталась проехаться на тему "чурок", так что пришлось ломать ее полностью (с). Это было, в принципе несложно – книжек она не читала, и была дочерью лимитчиков – обыкновенная дворовая девочка с Шаболовки. Помнится, что я немного переборщил с ломкой стереотипов. Понял это не сразу, а лишь когда она собралась за меня замуж, причем на полном серьезе - познакомила с мамой, усиленно звала в гости и интересовалась, как мы назовем наших детей.
    Оперировал меня Алексей Игоревич, молодой (около 35) хирург, который, сразу расположил меня к себе своим профессионализмом. Он же наблюдал меня и после операции – оставил свой номер, на случай если нужна будет помощь. Я ему очень благодарен, он помимо основной проблемы – аппендицита, выявил парочку сопутствующих, и лучше всякого терапевта назначил лечение. Помню врачей-ординаторов, которые ассистировали на операциях и в перерывах выбегали в курилку покурить. Причем сигареты держали зажимами и перчаток не снимали :) Хорошо хоть окровавленные передники сбрасывали и оставались в белых халатах. Эти же ординаторы любили ставить диагнозы и давать прогнозы, почти всегда летальные :). 
    Было это в 2004 году, почти 10 лет прошло, не знаю где сейчас хохотушка Света, и любвеобильная Таня. Знаю только, что это часть моей молодости, и одно из немногих теплых воспоминаний о Москве...

2 comments:

Eugenia Todorovskaya said...

Башир, а помнишь на эпический пивас на Арбате? :D

Bashir Magomedov said...

Смутно :) Видимо с тех самых пор и не пью :)